Если попросить показать информационные системы компании, вам, скорее всего, расскажут, где ведутся продажи, где учитываются деньги, как работает склад и куда собирается отчётность. Возможно, покажут аккуратную схему связей и обмена данными.
А потом при разборе конкретной задачи выяснится, что каждое утро один сотрудник выгружает две таблицы, вручную сопоставляет строки, уточняет непонятные расхождения в общем чате и отправляет руководителю короткое письмо: «Вот эти три вопроса требуют вашего внимания».
На схеме есть обе программы. Даже обмен данными между ними предусмотрен. Но работа, благодаря которой руководитель получает понятную картину, происходит ещё и за их пределами.
Я бы посмотрел на этого сотрудника внимательнее. Что именно он делает между выгрузкой и письмом?
Допустим, в одной таблице указана согласованная дата поставки, в другой — текущая ожидаемая. Их можно автоматически сравнить. Но сотрудник дополнительно знает, что по одному заказу клиент уже согласился подождать, по второму менеджер обещал найти замену, а третий связан с запуском нового объекта. Поэтому одинаковое расхождение в датах получает разный приоритет.
Его вклад в этом примере включает понимание ситуации, уточнение договорённостей и отбор вопросов, с которыми действительно должен разбираться руководитель. Всё это легко не заметить, если описать задачу словами «сводит таблицы».
Такую работу я рассматриваю как часть фактической системы движения информации в компании. Она может складываться из программ, сообщений, личных контактов и привычек, которые появились за годы. Через неё сведения приобретают объяснение и попадают к людям, способным что-то изменить.
В хорошо описанной архитектуре предприятия подобные связи тоже могут быть отражены. Но конкретная схема приложений и интеграций ещё не гарантирует, что они исследованы.
Есть соблазн сразу объявить всё происходящее в переписке хаосом и потребовать перенести в единую систему. Я бы не спешил. Возможность быстро связаться с коллегой и уточнить необычную ситуацию бывает очень полезной. Попытка заранее формализовать каждый разговор может только затруднить работу.
Меня здесь интересует вот какая зависимость: какая существенная часть результата держится на личной осведомлённости конкретного человека? Если он уйдёт в отпуск, заместителю достанутся доступы и инструкция по выгрузке. Достанется ли понимание того, почему из тридцати расхождений руководителю отправили именно три?
При автоматизации легко воспроизвести видимое действие и потерять суждение, ради которого оно выполнялось.
Поэтому перед постановкой задачи AI я бы разобрал содержание этого короткого письма. Откуда взялись пояснения? Почему один вопрос признан срочным? Какие сведения позволили исключить остальные? Ответы покажут, что требуется сохранять и проверять, чтобы автоматизированный результат имел ту же практическую ценность.
Возможно, компании действительно нужна новая платформа. Но начать я бы предложил с одного человека, который, по общему мнению, «просто собирает информацию». Иногда именно в этой формулировке скрывается работа, без которой дорогие корпоративные системы так и останутся отдельными источниками данных.